Скрипник: «Немцы пожинают плоды старой реформы Клинсманна»
![](/media/illustration/41217248/chm-2014.jpg)
О феномене сметающего все на своем пути бундестима накануне финального матча бразильского мундиаля рассказал экс-защитник сборной Украины, а сегодня главный тренер второй команды бременского «Вердера» Виктор Скрипник, вот уже почти 18 лет проживающий в Германии.
ДАЖЕ БЕККЕНБАУЭР И ХЕНЕСС ВОЗДЕРЖИВАЮТСЯ ОТ ЭПАТАЖА
– Накануне чемпионата в немецкой прессе много писали о том, что этот турнир может стать последним шансом для Йоахима Лева…
– В любой по-настоящему футбольной стране всегда хотят, чтобы их сборная побеждала. Действительно, на ЧМ-2010 и ЕВРО-2012 команда показывала привлекательный футбол, но в самый важный и нужный момент что-то ломалось.
После чего в кулуарах ходили слухи, что Лев – не то, чтобы не такой уж удачливый, сколько не такой уж хороший специалист. И имея такой потенциал – настоящий сплав молодости и опыта людей, выигрывающих все возможное на клубном уровне – его сборная просто обязана побеждать.
Поэтому в Германии все с опаской ожидали стадии плей-офф. Все знали, что в групповом турнире, где одна неудача не может быть катастрофой, мощи бундестима хватит, чтобы исправить любую ситуацию. Во многом поэтому в тех же товарищеских матчах или на первой стадии крупных соревнований немецкая команда всегда играет хорошо и уверенно берет очки, потому что игроки не испытывают глобального давления. И поэтому в этом году, уловив тенденцию, все немецкие футбольные люди негласно договорились перестать давить на игроков. Позиция общественности такова: мы можем, но мы не должны. Должна Бразилия, потому что она играет дома, и любой результат кроме первого станет для нее национальной трагедией, что в конечном итоге и произошло.
Вот почему в Германии даже эксперты уровня Беккенбауэра и Хенесса словами старались не сорить. А ведь, будем откровенны, что эти двое, как никто другой, умеют бросить в эфир какое-то эпатажное высказывание, которое будоражит футбольный мир и оставляет кисло-сладкий осадок. Достаточно тому же Кайзеру Францу сказать нечто вроде «Этот тренер никогда ничего не выиграет…», и эти слова будут висеть над человеком, словно дамоклов меч. А поле первой встречи, в которой Германия просто «раздела» португальцев, позитива стало еще больше.
– Тем не менее, после матча с Алжиром критики было не избежать?
– Не сказал бы. Тональность была такой: да, мы показали не лучшую игру, но все равно победили, и остается только догадываться, на что мы окажемся способны, если будем играть в свой лучший футбол.
А после Франции журналисты дружно писали, что обе команды играли качественно, и при этом немцев не считали фаворитами, а они победили. Кое-кому, как, например, мне, команда Дешама до четвертьфинала нравилась даже больше Германии, но после этой победы у людей появилась уверенность в том, что, как говорят немцы, «у нас еще есть воздух и мы можем плыть дальше...». И вот сейчас этот воздух был выпущен в матче против Бразилии. Подопечные Лева переиграли хозяев мундиаля по всем показателям. Это было настолько явно, что в конце первого тайма мне стало откровенно скучно. Я попрощался с друзьями, развернулся и уехал, а окончательный счет узнал уже дома
– Многие специалисты называли эту встречу досрочным финалом…
– Да, и скажем так, теперь немцы заслужили считаться в решающей игре фаворитами. После такой феерии любой негативный результат будет расцениваться как провал. И это притом, что раньше подобная атакующая игра для Германии была совершенно нехарактерна. Бундестим чаще продавливал соперника физически, чем тактически. А сейчас игроки просто катали мяч, что чрезвычайно раздражало не привыкших к этому бразильцев.
РЕКОРД КЛОЗЕ СТАЛ ВОПРОСОМ НАЦИОНАЛЬНОГО ЗНАЧЕНИЯ
– Перед чемпионатом сборная Лева потеряла несколько очень важных игроков из-за травм, а кое-кто остался за пределами заявки…
– Кандидатуру каждого игрока тщательно разбирали на пресс-конференциях и в студиях телеканалов. Человек 15-18 считались «железными», но как это всегда бывает, на последний сбор было вызвано на 5-6 человек больше, и в последний момент тренерам пришлось кого-то отсеивать. Некоторые, как, например, Ройс вылетели из-за травм. Другие – как Гросскройц, Кисслинг и Гомес – не попали в состав по решению тренера. У немецких специалистов мнений по этому поводу было много, и эта часть работы Лева выглядела самой неблагодарной. Нужно было принять решение, объяснить его общественности, а потом ответить за результат.
– Какие из этих решений выглядели самыми резонансными?
– Германия поехала на чемпионат с одним номинальным нападающим, которому за несколько дней до начала турнира стукнуло 36. Многие спрашивали почему? Ведь Клозе не то, чтобы блистал в прошлом сезоне на клубном уровне. Он был травмирован точно так же, как и Гомес. При этом, Марио намного моложе Мирослава, но в итоге на мундиаль взяли Клозе. Знаете почему? Германии было принципиально важно оставить себе рекорд, который Роналдо отнял у Герда Мюллера. Бразилец самодовольно рассказывал, что его достижение уже никогда не побьют, но теперь ему пришлось замолчать.
Понимаю, у нас в Украине такие вещи не воспринимались бы всерьез, но для Германии любая мелочь, которая может принести рейтинг в копилку страны, является темой особой важности.
Что же касается кадровых потерь, то самыми болезненными оказались Ройс и Бендер. Последний считался цементом команды. Не в каждом матче нужно плести кружева. Есть игры, когда нужно переступить через себя, и для этих целей Германии нужны Бендер и Кель, которые умеют выжигать землю.
ЖДУ ГЕТЦЕ В ОСНОВЕ ПРОТИВ АРГЕНТИНЫ
– В первых матчах турнира Лев использовал в защите четырех номинальных центрбеков. Но затем перестал…
– В матче с Португалией справа тренер сделал выбор в пользу Боатенга, потому что его антропометрические данные в большей степени, чем физические возможности Лама, позволяли противостоять Роналду. И это имело особое стратегическое значение. Тот же Мертезакер – игрок, безусловно, приличный. Он хорошо видит поле, четко и грамотно выбирает позицию, но он не так быстр, как тот же Боатенг, а, значит, хуже подходит для сегодняшней игры Германии. Немцы много держат мяч и играют в позиционном нападении, в связи с чем линия обороны должна располагаться в атакующей фазе в середине поля, а в случае потери мяча защитникам приходится быстро, на одном рывке, покрывать пространство в сорок метров. Боатенг справляется с этим лучше Мертезакера. Как, кстати и Хуммельс. И то, что Лам ушел направо – следствие того, что Боатенг сместился в центр. Кстати, против Алжира на правой бровке играл Мустафи, и если бы он не «сломался», сегодня защитная линия Германии могла бы выглядеть иначе.
В любом случае, нагрузки на футболистов выпадают адские. Обычно игроки немецкой сборной пробегают за игру в районе 11-12 километров. В Бразилии эта цифра колеблется между 9 и 10 километрами. Это не говорит, что команда не готова физически, это свидетельствует о тяжелых погодных условиях в Южной Америке. Я сам был в Бразилии и знаю, что это такое. В каждом товарищеском матче в этой стране я терял 2-3 килограмма за игру.
– По ходу турнира на скамейке запасных неожиданно окопался Гетце, а вот Швайнштайгер снова вернулся в основу…
– Отлично, что у немецкого тренера есть такой потрясающий выбор исполнителей. Потому что у большинства сборных существует ограниченный набор из 11-12 игроков, тогда как все остальные до этого уровня не дотягивают и необходимы больше для проведения двусторонних игр на тренировках. Даже у Аргентины в полуфинале после замен Игуаина и Переса на Макси Родригеса и Паласио, дела резко пошли на спад.
Вместе с тем, возвращаясь к вашему вопросу, я не удивлюсь, если Гетце выйдет против Аргентины, потому что Клозе свою миссию на этом турнире уже выполнил. В его возрасте справляться с такими нагрузками очень непросто. В общем, мне кажется, что в финале у Лева будут перестановки.
НОЙЕР ДОЛЖЕН СТАТЬ ЛУЧШИМ ВРАТАРЕМ ТУРНИРА
– Потрясающие способности Тони Крооса исполнять «стандарты» стали для вас неожиданностью?
– Отчего же… Стандартные положения – немаловажная часть игры, и меня коробит, когда кто-то говорит, что те же пенальти – чистая лотерея. Это такая же часть футбола, как и многие другие! К ней нужно готовиться, ее нужно тренировать, чтобы быть уверенным, что ты сделал все, чтобы выиграть. А есть тренеры, которые говорят: мы пенальти не тренируем. Ну, не тренируйте – проигрывайте дальше! К лотерее тоже нужно быть готовым.
– Мануэля Нойера все еще ругают за «командировки» за пределы своей штрафной?
– Нет, наоборот – хвалят. Такова особенность его игры и характера. Он всегда активен, постоянно находится в игре, никогда не спит. Он может сделать ошибку, но сразу же переключается и выручает в трех-четырех тяжелейших ситуациях. Показательный момент имел место при счете 6:0 в матче с Бразилией. Нойер словил верховой мяч, тут же вскочил, подбежал к линии штрафной и ввел в игру. Другие вратари на его месте упали бы и лежали, чтобы потянуть время. В общем, я почти уверен, что его назовут лучшим вратарем турнира.
– В чем, по-вашему, основной феномен Томаса Мюллера?
– У него поразительный нюх на гол и он – очень командный игрок, который не зацикливается на том, что именно он должен играть и забить. Мюллер будет делать все, что ему скажут – даже отрабатывать сзади. И как никто другой способен сделать гол из ничего, быть там, где надо в самый нужный момент. Такие качества не купишь, это – от Бога. И, более того, он продолжает развиваться.
В ФИНАЛЕ МОЖЕТ ПОВТОРИТЬСЯ ИСТОРИЯ 24-ЛЕТНЕЙ ДАВНОСТИ
– Какие шаги немцев по развитию футбола вы бы назвали самыми эффективными?
– Когда я начинал работать с юношами, к нам приезжало очень много ребят из стран бывшей Югославии и СССР, а также африканцев. Но в 2004 году сборную возглавил Клинсманн и сказал, что в процессе воспитания игроков нам не нужно делать ставку на легионеров, потому что таким образом, мы растим игроков для национальных сборных других стран. Условному Озилу тогда было 15-16 лет, и он выбирал, кем ему быть – турком или немцем. Само собой, что он выбрал Германию, потому что хотел играть в футбол. То же самое сделали Хедира и Боатенг. И вот прошло десять лет, а эти ребята задают тон в главной команде страны.
И, конечно же, здесь все устроено совершено иначе, чем у нас. Даже если моя команда юношей ехала к лидеру на выезд, я понимал, что меня никто не убьет. И если я подготовлю пацанов правильным образом, мы победим. Потому что в Германии работает спортивный принцип, а не то, сводил ли ты судью в сауну. Я до сих пор часто встречаюсь с детскими тренерами из России и Украины, и они рассказывают, как именно это происходит у них. У меня не так много волос на голове, но когда я слышу некоторые вещи, оставшиеся мои волосы встают дыбом. Так стоит ли удивлять после всего этого, что в футбольном мире появляются поговорки уровня «Футбол родился в Англии, вырос в Бразилии, а умер в России…»?
– Накануне второго полуфинала в Германии больше хотели Голландию или Аргентину?
– Мнения разделились. Обычно хотят получить в соперники того, кто слабее, но кто здесь был слабее? Одни хотели увидеть европейский финал, чтобы Старый Свет наконец-то победил в Южной Америке. Иные хотели, чтобы продолжилось принципиальное соперничество соседей – Голландии и Германии. Но и Аргентину пока никто не боится.
Люди понимают: искрометного футбола в финале не будет. Аргентина закроется, как это было в Италии 24 года назад. Тогда ведь тоже не было красивой игры и множества моментов. Тягучая игра, как в нынешнем полуфинале Аргентина – Голландия. Которую решил один-единственный пенальти, реализованный Бреме.
– Говорят, что к финалу может выздороветь Ди Мария…
– Хороший игрок, который умеет решить эпизод. Но ключевым не окажется, все решит командная игра. Хотя, наверное, Месси будет чуть-чуть попроще, если рядом будет Ди Мария. И, конечно, в таком случае мы будем долго рукоплескать современной медицине…
– Вы хотите, чтобы победила Германия?
– Да, и надеюсь так оно и будет.
11 липня 2014 10:10